Неточные совпадения
— «Западный буржуа беднее русского интеллигента нравственными
идеями, но зато его
идеи во многом превышают его эмоциональный строй, а главное — он живет сравнительно цельной духовной жизнью». Ну, это уже какая-то поповщинка! «Свойства русского национального духа указуют на то, что мы призваны творить
в области религиозной философии». Вот те раз! Это уже — слепота. Должно быть, Бердяев придумал.
Должны существовать
идеи не только настоящих вещей, но и прошедших, даже
идеи отрицания, относительного, гибнущего, смерти, уничтожения и под Сила этого аргумента заключается
в прямом отожествлении понятий, возникающих
в мире явлений и по поводу их, с самыми
идеями, но это прямолинейное отожествление отнюдь не вытекает из платоновского учения, ибо мир
идей, хотя и имманентен миру явлений, как его основа, но вместе с тем и принципиально от него отличается
Идеи в нем погружены
в становление и небытие, терпят многочисленные преломления и отражения, собственно и составляющие
область относительного.
Учение Канта о «разумной вере» страдает половинчатостью, это полувера-полуразум: хотя ею переступается
область познаваемого разумом, но
в то же время разум не хочет отказаться от своего господства и контроля и
в этой чуждой ему
области [Для противоречивости и двойственности
идей Канта
в вопросе о вере характерна глава «Критики практического разума» под заглавием: «Каким образом возможно мыслить расширение чистого разума
в практическом отношении, не расширяя при этом его познания как разума спекулятивного?» Здесь «теоретическое познание чистого разума еще не получает прироста.
Т. 1. С. 101).], философ вступает уже
в τόπος νοητός [Букв.: умное место (греч.);
область идей у Платона.], царство подлинных
идей, «Матерей», но для этого гегелевского соблазна надо поистине иметь и некоторую софийную слепоту.
Чтобы почувствовать эту разницу, полезно сравнить очень близких между собою
в области теософских
идей Беме и Пордеджа.
Потому те из представителей «отрицательного богословия», которые, отрицая
в применении к Божеству всякое кто или что, тем не менее оставляют
в качестве единственного его атрибута бытие, взятое
в его противоположности к небытию, неправомерно вводят
в трансцендентную
идею Божества определение, заимствованное из
области имманентного [Так, напр., Филон Александрийский, утверждая бескачественность Бога,
в то же время приписывает ему,
в качестве единственного определения, бытие: о ων (Vita Mos. 1 (14) 75. IV, 115).
В таких людях, как граф Соллогуб, надо различать две половины: личность известного нравственного склада, продукт барски-дилетантской среды с разными «провинностями и шалушками» и человека, преданного
идее искусства и вообще, и
в области литературного творчества.
Идея Дерпта как научного"эльдорадо", так быстро охватившая меня
в сентябре 1855 года, была только дальнейшей фазой моих порываний
в области свободного труда, далекого от всяких соображений карьеры, служебных успехов, прибыльных мест, чинов и орденов.
Идея ада должна быть совершенно освобождена от всех утилитарных мотивов, и только тогда возможно познание
в этой
области, тогда прольется свет.
В Греции
идея уже получает конечную форму и определение; человеческое начало выступает и выражает свободно
идею в определенных прекрасных образах и созданиях, то есть для себя бытие
идеи, fur sich sein,
в области идеального созерцания и творчества.
В мире германском человек, как свободное лицо, осуществляет
идею в ее собственной
области, как безусловную свободу, — здесь является свободное государство и свободная наука, то есть чистая философия.
Всеобщее представляет довременный или послевременный покой, но
идея не может пребывать
в покое, она сама собою выходит из
области всеобщего
в жизнь.
Действительно, небольшая аудиторий
в музее уже была полна. Изборский с внешней стороны не был хорошим лектором. Порой он заикался, подыскивал слова. Но даже
в эти минуты его наивные глаза сверкали таким внутренним интересом к предмету, что внимание аудитории не ослабевало. Когда же Изборский касался предметов, ему особенно интересных, его речь становилась красивой и даже плавной. Он находил обороты и образы, которые двумя — тремя чертами связывали специальный предмет с
областью широких, общих
идей…
Лектор опять остановился, и его быстрый взгляд обежал аудиторию. По ней пронесся легкий шопот, выражавший возбуждение интереса. Подобные легкие экскурсии от сухого изложения
в область общих
идей всегда производят освежающее впечатление. «Тоже приспособляется к аудитории», — мелькнула у меня мгновенная мысль.
К сожалению, здесь не место подвергать анализу
идею «абсолюта», или бесконечного, и показывать настоящее значение абсолютного
в области метафизических понятий; тогда только, когда мы поймем это значение, представится нам вся неосновательность понимания под возвышенным бесконечного.
Едва ли можно после этого разделять мысль, что «возвышенное есть перевес
идеи над формою», или что «сущность возвышенного состоит
в пробуждении
идеи бесконечного».
В чем же состоит она? Очень простое определение возвышенного будет, кажется, вполне обнимать и достаточно объяснять все явления, относящиеся к его
области.
[По гегелевской системе] чистое единство
идеи и образа есть то, что называется собственно прекрасным; но не всегда бывает равновесие между образом и
идеею; иногда
идея берет перевес над образом и, являясь нам
в своей всеобщности, бесконечности, переносит нас
в область абсолютной
идеи,
в область бесконечного — это называется возвышенным (das Erhabene); иногда образ подавляет, искажает
идею — это называется комическим (das Komische).